Знаете чем отличается боль физическая от внутренней? Та что внутри никак не приглушается… разве что болью физической.
Антон не мог просто так светить своим лицом. У него собралась небольшая армия поклонников, и если бы он просто стримил, то его бы рано или поздно узнали. Поэтому он решил себя загримировать, придумал образ, назвал аккаунт на одном эро-сервисе white fox.
Стал рисовать себе красивый необычный нос, что-то из области фурри, купил белые уши и парик как у аниме героя, сам же постригся весьма коротко, чтобы было удобно эту гадость надевать на себя и снимать.
Посмотрел несколько трансляций похожих на него парней, и превозмогая рвотные позывы всё же смог выудить важную информацию. Во-первых – люди сволочи! Во-вторых – сволочи похотливые. И этим можно пользоваться. Он запомнил как манерно и сладко ведут себя и изгибаются другие. И на своих трансляциях делал похоже, но старался более естественно, более гладко, пока мать была на работе, он под музыку, без всяких трансляций, изгибался в различных позах – тренируя гибкость и оттачивая движения.
И на настоящей трансляции он мог уже спокойно косплеить этакого похотливого лисёнка.
Ему донатили за это чёртовы извращенцы. Донатили достаточно, чтобы через месяц Антон переехал на съёмную однокомнатную квартиру. Матери соврал, что устроился в “Додо Пиццу”, что снимает квартиру не один, а с другом Севой.
Чисто для проформы однажды пришлось привести Севу в гости, и снять маме короткий кружок, как они сидят и пьют чай у него в новой квартире.
Забавно так. Но новая жизнь Антону начинала нравиться. Работа есть работа – тем-более он делает её хорошо, только вот… потом очень погано на душе. Очень-очень.
Он больше не колотит по стене, не может. Боли слишком мало. Вместо этого он нашёл другой способ. Купил себе японский канцелярский нож, очень острый, качественный такой.
По вечерам он сидит в своей ванне, в приглушенном свете, и режет свои руки, медленно, давит на лезвие, заставляя стекать в воду кровь. Проводит черту, тонкую, почти не заметную, но по краям она тут же набухает каплями. А Антон берёт на пару сантиметров выше и делает ещё одну… спустя пять таких его чуть отпускает. Ничего страшного – решает он. Всё равно купил специальный крем, девушки на кассе назвали это тоналкой. Им можно покрыть кожу, закрыв все раны, прыщи и родинки. Крутая штука!
рисунок за авторством Pentagon(а) – взято с разрешения автора
***
Всё бы продолжалось бесконечно, если бы не это шуршание посреди ночи.
У двери. В коридоре.
Антон встал, беспокойно и почему-то очень страшно. Прошёл в коридор на носочках. И в свете уличного фонаря увидел как из скважины выходит проволока и пытается что-то поддеть. Ещё с той стороны светили фонариком и луч света падал рядом с босой ногой Антона. Проволока на миг остановилась. Антон потёр глаз, пытаясь понять не снится ли это ему.
Проволока вновь зашевелилась.
Значит всё-таки не снится.
Парень задрожал, ему впервые в жизни стало очень-очень страшно. Но стоять тут в коридоре, пока неизвестно кто пытается взломать дверь – очень глупая затея. Поэтому он вошёл обратно в единственную комнату. Двери тут не было, но был выдвижной шкаф…
Раздумывая пару минут, Антон схватил с кровати телефон, прошёл на кухню, взял блинную сковородку и спрятался в шкафу.
Набрал номер полиции, дрожа всем телом как припадочный, он дозвонился до куда-то, и женский голос спросил его в чём причина его звонка.
Антон прошептал сдавленно, чуть ли не плача, что кто-то пытается вломиться в квартиру, успел назвать адрес, когда замочная скважина щёлкнула и скрипнули петли…
Кто-то вошёл в коридор, половицы заскрипели под явно большим весом.
Су-у-у-ука… – прошипел про себя Антон, и поудобнее схватился за рукоятку сковородки.
Шаги проскрипели к кровати. Раздался мужской бубнёж:
– Лисё-о-оноче-ек, гд-е-е же ты-ы, папочка пришёл тебя забрать…
По спине и лопаткам Антона прокатился холодный пот.
– Я платил тебе сучёнок, а ну выходи! – вдруг сорвался неизвестный мужик на крик.
Антон услышал как перевернулась кровать, как срываются с крючков его плотные, недавно купленные шторы. От такого обращения с его вещами у Антона что-то щёлкнуло внутри и страх переключился на ненависть.
Не успел неизвестные мужик раскрыть дверцу шкафа, как та распахнулась сама. И чугунная блинная сковородка со всего размаху опустила на черепушку плешивого усатого борова в чёрной ветровке.
Тело грузно шмякнулось на пол.
Антон для острастки добавил ещё парочку раз сверху.
Что бы папочке слаще спалось!
***
Через пол часа приехала полиция. Милая девушка с напарником. Они повязали борова, с удивлением посмотрели на сковородку. Проверили как у задержанного с самочувствием, и убедившись что тот жив, и даже в сознание пришёл – благополучно того увели, попросив на прощанье у Антона зайти на следующий день в участок, чисто для проформы.
А ещё…
На прощание, милая девушка полицейская подмигнула Антону.
Она сказала, что её зовут Соня, и махнула рукой, мол увидимся завтра.
